Репортаж из женской тюрьмы2

Эта тюрьма находится среди обычных хрущевок в Задвинье. До Второй мировой здесь располагались частные владения семьи Кремеров, перестроенные впоследствии под нужды тюрьмы. Но что примечательно: сохранились яблони, посаженные еще прежними хозяевами, и небольшое здание бывшей маслобойни. 

 

Сразу после войны на этом месте был госпиталь, потом лагерь для военнопленных, а уж затем в 1947 году в усадьбе обосновали женскую тюрьму. Эта единственная женская тюрьма в Латвии. В ней содержатся все категории женщин – от подследственных, которые раньше содержались в Рижском централе, до осужденных. Следственное отделение в Ильгюциемской тюрьме было открыто в 1993 году. 

 

В день моего визита здесь находилось 284 человека. Из них 188 (одна – несовершеннолетняя) отбывают тюремное наказание. В отношении остальных, в том числе двух несовершеннолетних, приговор еще не вступил в законную силу. 

 

Стараются выйти досрочно

 

В советское время здание, в котором сегодня расположены отделения для несовершеннолетних и матерей с детьми, а также санчасть, полностью предназначалось для заключенных с детьми. В СССР это было единственное место, где содержались молодые мамы с ребятишками. В ту пору они находились с ребенком до года, после чего дважды в день могли посещать свое чадо. Но сегодня ситуация изменилась, и матери со своими детьми находятся здесь до 4-летнего возраста.

 

К этому времени заключенные стараются сделать все, чтобы выйти на свободу. В противном случае, как рассказывает начальница тюрьмы полковник-лейтенант Инна Златковска, администрации нужно принимать решение в отношении ребенка – либо отдавать на опекунство родственникам, либо искать приемную семью, если таковых нет, либо, в крайнем случае, определять его в детский дом. По словам Инны Златковской, были случаи, когда администрация Ильгюциемской тюрьмы искала для детей приемные семьи. Но это касалось только тех мам, которые были приговорены к длительным срокам тюремного заключения. Нередко администрации приходится подыскивать для освобождающихся мамочек с детьми места в кризисных центрах – бывает, что после выхода на свободу им некуда идти. 

 

На сегодняшний день сроки отбывают девять женщин с маленькими детишками. Всего с мамами находятся десять детей (у одной из заключенных двое детей до 4 лет. – Прим. авт.). Среди таких заключенных есть и девушка из Даугавпилса. Блок для мамочек с детьми находится отдельно от других. В помещениях достаточно игрушек, во дворе – детская площадка. Как отмечает Инна Златковская, некоторые женщины уже в тюрьму попадают в интересном положении, кто-то беременеет во время свидания, а кто-то и во время краткосрочного отпуска (об этом потом).  

 

В этом же блоке, как уже отмечалось,  находится и отделение для несовершеннолетних. Во время моего визита их было трое. Девочки живут отдельно от остальных заключенных. Встречаются в основном на занятиях. В комнате для отдыха есть телевизор, компьютер. 

 

Упор на ресоциализацию

 

– Конечно, большое внимание в тюрьме уделяется ресоциализации. Если раньше личное дело заключенного состояло из двух частей, то теперь – из трех. Добавилось так называемое ресоциализационное дело. В нем учитываются риски для каждого индивидуально, составляется план работы с заключенным. Например, если у человека нет профессии – это риск, так как после отбытия наказания он не может устроиться на работу. Очень большой риск, если у человека зависимость от алкоголизма, наркомании. Это значит, что такого заключенного с первых же дней необходимо включать в программу по лечению от этой зависимости. Огромный риск и в том случае, если у человека нет вообще никакого образования, поэтому мы обязаны определить его в школу, обучить грамоте. 

 

С сожалением нужно отметить, что очень часто к нам попадают абсолютно безграмотные люди. И если раньше это были цыганки, то теперь это представители и других национальностей. Для таких женщин у нас есть коррекционный класс, в котором мы обучаем их чтению и письму. А вообще, наша тюрьма дает возможность женщинам получить начальное и среднее образование. 

 

– А как насчет профессионального?

– Безусловно, есть у нас и такое. Девушки могут получить профессию помощника повара, парикмахера, мастера отделочных работ, швеи. Все классы у нас укомплектованы современным оборудованием. Кроме того, есть и краткосрочные курсы. В первую очередь это обучение государственному языку с последующей сдачей экзаменов. А недавно проводили курсы кассиров-продавцов – был огромный спрос. Так что по большому счету с первого дня мы ведем работу по подготовке женщины к освобождению. Ведь в тюрьму человек попадает, имея серьезные проблемы, и наша задача подготовить его так, чтобы на свободе он мог найти себе работу, не имел зависимости и, безусловно, чтобы смог ориентироваться, – подчеркивает Инна Златковская. 

Тюрьму посещают представители всех разрешенных в Латвии конфессий. По словам Инны Златковской, порой человеку легче рассказать о своих проблемах, а то и бедах священнику, нежели тюремному надзирателю или специалисту. 

 

Иногда тюремной администрации приходится налаживать связи заключенного с родственниками, в том числе и с детьми.

 

– К сожалению, некоторые начинают вспоминать о детях только тогда, когда попадают в тюрьму. На свободе некогда было о них вспоминать. Нужно было пить, гулять, употреблять наркотики, – говорит Инна Златковская. 

 

В тюрьме есть две ступени отбывания наказания – низшая и высшая. На низшей необходимо отбыть одну четверть наказания. Однако чтобы заключенную перевели на высшую ступень, а вместе с тем и на лучшие условия содержания, недостаточно тихо-мирно сидеть в камере. Обязательно нужно учиться, посещать программы, участвовать в общественной жизни тюрьмы, работать. 

 

Женщины убивают из ревности

 

Рецидив среди женщин составляет примерно 42%. То есть, как говорит Инна Златковская, чуть менее половины женщин вторично попадают в тюрьму. Во многом это объясняется тем, что около 70% всех заключенных имеют алкогольную или наркотическую зависимость. А большинство преступлений напрямую связано с этими зависимостями. Даже если женщину судят за кражу, то во многих случаях она связана с употреблением наркотиков. Примерно 30% осужденных отбывают наказание по «тяжелым» статьям – нанесение тяжких телесных повреждений, убийства, в том числе детоубийства. Трудно сказать, что побуждает женщину совершить такое преступление. Но, как показывает практика, в большинстве случаев это убийства на бытовой почве. 

 

На сегодняшний день в Ильгюциемской тюрьме пожизненное наказание отбывает только одна женщина – Дайга Терауда. Она находится в трехместной камере с другими заключенными, работает на производстве. Инна Златковская вспоминает, что был случай, когда в тюрьме находилась пожизненно осужденная, которая в какой-то момент «тронулась умом» и была направлена в психоневрологическую больницу. 

 

Пересмотреть свою жизнь

 

Ильгюциемская тюрьма – единственное место лишения свободы в Латвии, где практикуется религиозное обучение, направленное на то, чтобы женщины могли пересмотреть свою прошлую жизнь, в том числе избавиться от вредной зависимости. В группе было 16 женщин. Инета (имя по этическим соображениям изменено), одна из участниц этой группы, провела в Ильгюциемской тюрьме два с половиной года и дальнейшее наказание будет отбывать на «вольном поселении».

 

– Мы изучаем Ветхий и Новый заветы, сакральную музыку, историю искусства. У нас есть литературная, театральная студии, мы изучаем рисование, вязание. Сама я посещаю литературную студию. Мы изучаем разные произведения, анализируем их. В этом году знакомимся с произведениями Иманта Зиедониса. Лично мне нравится изучать Библию, но вместе с тем как-то поубавилось веры – очень много там несоответствий. Лично у меня это не вызывает желания податься в религию, – поделилась своими мыслями Инета.

 

Она постоянно думает о свободе. После отбытия срока намерена устроиться на работу. Если не получится в Латвии, поедет за границу. Инета никому не советует попадать в Ильгюциемскую, да и в любую другую тюрьму – какими бы ни были там условия содержания. 

 

 

 

 

Продолжение репортажа в следующем номере газеты «СейЧас».