Ему нужна сложная операция по трансплантации костного мозга. Дайнису и его близким небходимо много сил, много терпения, много веры. А от нас требуется не так уж и много – собрать небольшую сумму. Как говорится – всем миром сделать добро.
СТРАШНЫЙ ДИАГНОЗ
Мама Дайниса Светлана Болтрук – очень сильный человек. Уже три с половиной года она борется с болезнью сына. Конечно, не одна. Помогают муж, бабушки и дедушки, друзья и знакомые, но львиная доля забот ложится на ее плечи. При этом она не теряет веры и самообладания: даже не принимает успокоительных лекарств. Говорит, что Дайнис – тоже сильный мальчик. Хорошо переносит химиотерапию, учит немецкие слова и верит, что вернется из Германии здоровым.
Он родился абсолютно обычным ребенком. Можно сказать, крупным: вес – 3 килограмма 790 граммов, рост – 55 сантиметров. Врачи в роддоме отметили, что если оценивать новорожденных по 10-балльной системе, то ему вполне можно поставить десятку. Рос и развивался Дайнис нормально, по словам Светланы, даже простуду подхватывал редко. Здоровый такой и жизнерадостный карапуз.
В полтора года он заболел. Воспалился лимфоузел. Ни о чем плохом родители не думали. Врачи поставили предварительный диагноз – эпидемический паротит, то есть свинка. Традиционная детская болезнь. Увы, диагноз не подтвердился. Дайниса с мамой отправили в инфекционную больницу, лимфоузел по-прежнему был увеличен, и медики предположили другой диагноз – мононуклеоз. Это острое вирусное заболевание, вспышки которого случаются в детских садах, школах, общежитиях. И хотя Дайнис в садик еще не ходил, подцепить инфекцию, в принципе, мог, общаясь с другими детьми, обмениваясь игрушками и т. д. Увы, лечение в нашей больнице результатов не дало, лишь привело к сильной аллергии. Светлана забрала ребенка, что называется, под свою ответственность. Состояние малыша не улучшалось, повышенная температура не спадала. И следующим адресом для мамы, еще не подозревавшей о настоящей причине болезни сына, стала Рижская детская больница на Виенибас гатве, 45. В октябре 2006 года они туда приехали. Даже вещи с собой не захватили, думали, что Дайнису поставят диагноз, и они поедут лечиться домой, в Даугавпилс. Сейчас Светлана с грустной улыбкой вспоминает свою неподготовленность: ей шел 22-й год, и она была удивлена, увидев в коридорах много детей без волос… Взяли пункцию костного мозга и сделали биопсию (взятие и исследование тканей) лимфоузла. Ткани отправили в Германию. Светлану и Дайниса оставили в больнице. По-прежнему держалась высокая температура, но в целом Дайнис чувствовал себя не так уж и плохо. Только он стал бояться врачей и медсестер, не отпускал маму буквально ни на минуту. Длилось все это примерно месяц. Рижские врачи даже провели со своими немецкими коллегами интернет-консилиум, после чего был поставлен окончательный диагноз: острый миелобластный лейкоз, онкологическое заболевание, которое характеризуется стремительным ростом «бластных», то есть незрелых клеток крови и костного мозга, неспособных нормально функционировать. При этом у больного низкое количество зрелых клеток крови всех типов – эритроцитов, тромбоцитов и лейкоцитов.
В ЧЕМ ПРИЧИНА
По некоторым сведениям, Латвия занимает одно из первых мест в мире по уровню заболеваний лейкемией. Есть даже такая версия: в 1956 году на Шпицбергене СССР будто бы испытывал сверхтяжелую ядерную бомбу. Но военные неверно рассчитали розу ветров, и ядерное облако, вместо того чтобы повернуть на Арктику, прошлось над Балтикой. И вроде бы, именно с конца 1950-х в Латвии зафиксирован рост болезней крови.
Как бы то ни было, но американские ученые сейчас провели исследования, подтверждающие, что дети, проживающие вблизи атомных электростанций, больше подвержены лейкемии, чем другие. В США расположено более 25% всех атомных электростанций в мире, и самый высокий процент детских заболеваний лейкемией зарегистрирован в районах самых старых АЭС. По сравнению с иными регионами страны он выше на 14%. Есть данные, что и неработающие атомные электростанции влияют на рост этого заболевания, хотя атомщики утверждают противоположное – процесс выработки атомной энергии абсолютно закрыт и изолирован от окружающей среды.
Также ученые из США предполагают, что отклонения в весе у новорожденного (неважно, в сторону увеличения или уменьшения) тоже повышает риск заболеваемости лейкемией.
И наконец, существуют данные, по которым детская лейкемия связана с вирусными инфекциями. Болеть вирусами лучше в первые месяцы жизни, это укрепляет иммунную систему. Есть любопытные сведения системы здравоохранения ГДР, где до ее воссоединения с ФРГ случаев лейкемии было почти на треть меньше. Ученые связывают этот факт с тем, что в ГДР детишек отдавали в ясли и детские сады, когда им исполнялось три месяца, и они получали «здоровую» дозу инфекций. У тех, кто болеет инфекционными заболеваниями после года, больше опасность дальнейшего развития лейкемии.
В любом случае все вышеперечисленное – гипотезы. А вот то, что эта тяжелая болезнь поддается лечению, уже является бесспорным фактом.
ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Тогда, в 2006-м, Дайниса лечили 11 месяцев. Семь раз облучали, проводили интенсивную химиотерапию. Потом выписали домой, сохранив поддерживающую терапию. Приходилось пить много таблеток. В апреле 2008 года Светлане сказали, что наступила полная ремиссия, то есть практически выздоровление. Посоветовали раз в месяц ездить в Ригу на осмотр, и все. Здравствуй, весна, здравствуй, новая жизнь! Молодая мама устроилась на работу, осенью Дайнис пошел в детский сад – он очень хотел общения с детьми, хотел новых друзей, не из соседних больничных палат… Дайнис частенько простуживался, но это казалось временным недугом – иммунитет ослаб, через год-другой восстановится. И анализ лейкоцитов не радовал особо, «прыгали» они то вверх, то вниз. Все равно верилось в лучшее, пока летом 2009 года у Дайниса снова не увеличились лимфоузлы. На этот раз в паху. Светлана бросилась в Ригу и в августе услышала страшные слова: болезнь вернулась. Снова состоялся консилиум, вынесший четкое решение: нужна трансплантация костного мозга. С тех пор Дайнис не покидает больницы. Опять выдерживает химиотерапию, часто месяцами вообще не выходит из палаты. Когда лейкоциты резко падают, Дайнису нельзя выходить. Рядом с ним только медики и мама в маске.
Рижская больница сотрудничает с Венгрией и Германией. В Германии для Дайниса нашли донора. Светлана ничего о нем не знает, возможно, какую-то информацию получит уже на месте. Операция тоже пройдет в Германии, ее оплатит латвийское государство. Сумма немалая – около 250 тыс. евро. Надо лететь. Медлить нельзя. Деньги нужны для послеоперационной реабилитации: три месяца мальчик будет в больнице, затем несколько месяцев или полгода жить с мамой в берлинской квартире. Квартиру уже нашли. На реабилитацию необходимо 5 тыс. латов. Это небольшая сумма для города, где живет около 100 тыс. человек. Очень хочется верить, что мы все спасем ребенка.
Жизнь продолжается везде. Дайнис растет в больничных стенах. Он уже выучил буквы, как все дети, охотно смотрит мультики и играет в компьютерные «стрелялки», любит конфеты. Он привык к медикам и втягивает их в свои игры. Например, рисует им специальные пропуска, раздает и потом «принимает» только по предъявлении «документа».
Дайнис верит в то, что в Германии его вылечат, все время говорит маме, чтобы она переключалась на другой язык, и сам очень серьезно учит слова – спасибо, пожалуйста, доброе утро. А недавно он… влюбился. Подруга немного старше, ей 7 лет, зовут ее Эвелина. Как-то медсестра пошутила: «Твоя Эвелина, может, к другому мальчику пошла…» Дайнис блеснул глазами и закричал: «Не говори так!» Такой вот пылкий Ромео растет. Мы ведь поможем ему вырасти, не правда ли?
Дорогие читатели, мы с вами не раз спасали тех, кто попал в беду, и только благодаря вам эти люди сегодня живы и говорят вам большое человеческое спасибо! Спасем мы и маленького Дайниса, правда? Свои пожертвования вы можете перечислять на счет: LV 43HABA 0551027096096 p. k. 070884 - 10241 (Boltruka Svetlana). На сегодняшний день благодаря всем вам из необходимых 5000 латов собрана 1000 латов.
Мама Дайниса Светлана Болтрук – очень сильный человек. Уже три с половиной года она борется с болезнью сына. Конечно, не одна. Помогают муж, бабушки и дедушки, друзья и знакомые, но львиная доля забот ложится на ее плечи. При этом она не теряет веры и самообладания: даже не принимает успокоительных лекарств. Говорит, что Дайнис – тоже сильный мальчик. Хорошо переносит химиотерапию, учит немецкие слова и верит, что вернется из Германии здоровым.
Он родился абсолютно обычным ребенком. Можно сказать, крупным: вес – 3 килограмма 790 граммов, рост – 55 сантиметров. Врачи в роддоме отметили, что если оценивать новорожденных по 10-балльной системе, то ему вполне можно поставить десятку. Рос и развивался Дайнис нормально, по словам Светланы, даже простуду подхватывал редко. Здоровый такой и жизнерадостный карапуз.
В полтора года он заболел. Воспалился лимфоузел. Ни о чем плохом родители не думали. Врачи поставили предварительный диагноз – эпидемический паротит, то есть свинка. Традиционная детская болезнь. Увы, диагноз не подтвердился. Дайниса с мамой отправили в инфекционную больницу, лимфоузел по-прежнему был увеличен, и медики предположили другой диагноз – мононуклеоз. Это острое вирусное заболевание, вспышки которого случаются в детских садах, школах, общежитиях. И хотя Дайнис в садик еще не ходил, подцепить инфекцию, в принципе, мог, общаясь с другими детьми, обмениваясь игрушками и т. д. Увы, лечение в нашей больнице результатов не дало, лишь привело к сильной аллергии. Светлана забрала ребенка, что называется, под свою ответственность. Состояние малыша не улучшалось, повышенная температура не спадала. И следующим адресом для мамы, еще не подозревавшей о настоящей причине болезни сына, стала Рижская детская больница на Виенибас гатве, 45. В октябре 2006 года они туда приехали. Даже вещи с собой не захватили, думали, что Дайнису поставят диагноз, и они поедут лечиться домой, в Даугавпилс. Сейчас Светлана с грустной улыбкой вспоминает свою неподготовленность: ей шел 22-й год, и она была удивлена, увидев в коридорах много детей без волос… Взяли пункцию костного мозга и сделали биопсию (взятие и исследование тканей) лимфоузла. Ткани отправили в Германию. Светлану и Дайниса оставили в больнице. По-прежнему держалась высокая температура, но в целом Дайнис чувствовал себя не так уж и плохо. Только он стал бояться врачей и медсестер, не отпускал маму буквально ни на минуту. Длилось все это примерно месяц. Рижские врачи даже провели со своими немецкими коллегами интернет-консилиум, после чего был поставлен окончательный диагноз: острый миелобластный лейкоз, онкологическое заболевание, которое характеризуется стремительным ростом «бластных», то есть незрелых клеток крови и костного мозга, неспособных нормально функционировать. При этом у больного низкое количество зрелых клеток крови всех типов – эритроцитов, тромбоцитов и лейкоцитов.
В ЧЕМ ПРИЧИНА
По некоторым сведениям, Латвия занимает одно из первых мест в мире по уровню заболеваний лейкемией. Есть даже такая версия: в 1956 году на Шпицбергене СССР будто бы испытывал сверхтяжелую ядерную бомбу. Но военные неверно рассчитали розу ветров, и ядерное облако, вместо того чтобы повернуть на Арктику, прошлось над Балтикой. И вроде бы, именно с конца 1950-х в Латвии зафиксирован рост болезней крови.
Как бы то ни было, но американские ученые сейчас провели исследования, подтверждающие, что дети, проживающие вблизи атомных электростанций, больше подвержены лейкемии, чем другие. В США расположено более 25% всех атомных электростанций в мире, и самый высокий процент детских заболеваний лейкемией зарегистрирован в районах самых старых АЭС. По сравнению с иными регионами страны он выше на 14%. Есть данные, что и неработающие атомные электростанции влияют на рост этого заболевания, хотя атомщики утверждают противоположное – процесс выработки атомной энергии абсолютно закрыт и изолирован от окружающей среды.
Также ученые из США предполагают, что отклонения в весе у новорожденного (неважно, в сторону увеличения или уменьшения) тоже повышает риск заболеваемости лейкемией.
И наконец, существуют данные, по которым детская лейкемия связана с вирусными инфекциями. Болеть вирусами лучше в первые месяцы жизни, это укрепляет иммунную систему. Есть любопытные сведения системы здравоохранения ГДР, где до ее воссоединения с ФРГ случаев лейкемии было почти на треть меньше. Ученые связывают этот факт с тем, что в ГДР детишек отдавали в ясли и детские сады, когда им исполнялось три месяца, и они получали «здоровую» дозу инфекций. У тех, кто болеет инфекционными заболеваниями после года, больше опасность дальнейшего развития лейкемии.
В любом случае все вышеперечисленное – гипотезы. А вот то, что эта тяжелая болезнь поддается лечению, уже является бесспорным фактом.
ЖИЗНЬ ПРОДОЛЖАЕТСЯ
Тогда, в 2006-м, Дайниса лечили 11 месяцев. Семь раз облучали, проводили интенсивную химиотерапию. Потом выписали домой, сохранив поддерживающую терапию. Приходилось пить много таблеток. В апреле 2008 года Светлане сказали, что наступила полная ремиссия, то есть практически выздоровление. Посоветовали раз в месяц ездить в Ригу на осмотр, и все. Здравствуй, весна, здравствуй, новая жизнь! Молодая мама устроилась на работу, осенью Дайнис пошел в детский сад – он очень хотел общения с детьми, хотел новых друзей, не из соседних больничных палат… Дайнис частенько простуживался, но это казалось временным недугом – иммунитет ослаб, через год-другой восстановится. И анализ лейкоцитов не радовал особо, «прыгали» они то вверх, то вниз. Все равно верилось в лучшее, пока летом 2009 года у Дайниса снова не увеличились лимфоузлы. На этот раз в паху. Светлана бросилась в Ригу и в августе услышала страшные слова: болезнь вернулась. Снова состоялся консилиум, вынесший четкое решение: нужна трансплантация костного мозга. С тех пор Дайнис не покидает больницы. Опять выдерживает химиотерапию, часто месяцами вообще не выходит из палаты. Когда лейкоциты резко падают, Дайнису нельзя выходить. Рядом с ним только медики и мама в маске.
Рижская больница сотрудничает с Венгрией и Германией. В Германии для Дайниса нашли донора. Светлана ничего о нем не знает, возможно, какую-то информацию получит уже на месте. Операция тоже пройдет в Германии, ее оплатит латвийское государство. Сумма немалая – около 250 тыс. евро. Надо лететь. Медлить нельзя. Деньги нужны для послеоперационной реабилитации: три месяца мальчик будет в больнице, затем несколько месяцев или полгода жить с мамой в берлинской квартире. Квартиру уже нашли. На реабилитацию необходимо 5 тыс. латов. Это небольшая сумма для города, где живет около 100 тыс. человек. Очень хочется верить, что мы все спасем ребенка.
Жизнь продолжается везде. Дайнис растет в больничных стенах. Он уже выучил буквы, как все дети, охотно смотрит мультики и играет в компьютерные «стрелялки», любит конфеты. Он привык к медикам и втягивает их в свои игры. Например, рисует им специальные пропуска, раздает и потом «принимает» только по предъявлении «документа».
Дайнис верит в то, что в Германии его вылечат, все время говорит маме, чтобы она переключалась на другой язык, и сам очень серьезно учит слова – спасибо, пожалуйста, доброе утро. А недавно он… влюбился. Подруга немного старше, ей 7 лет, зовут ее Эвелина. Как-то медсестра пошутила: «Твоя Эвелина, может, к другому мальчику пошла…» Дайнис блеснул глазами и закричал: «Не говори так!» Такой вот пылкий Ромео растет. Мы ведь поможем ему вырасти, не правда ли?
Дорогие читатели, мы с вами не раз спасали тех, кто попал в беду, и только благодаря вам эти люди сегодня живы и говорят вам большое человеческое спасибо! Спасем мы и маленького Дайниса, правда? Свои пожертвования вы можете перечислять на счет: LV 43HABA 0551027096096 p. k. 070884 - 10241 (Boltruka Svetlana). На сегодняшний день благодаря всем вам из необходимых 5000 латов собрана 1000 латов.