Этому учреждению 47 лет, и оно по-прежнему находится на первом этаже жилого дома на ул. Чиекуру. Название улицы (čiekurs в переводе шишка) натолкнуло сотрудников библиотеки на мысль сделать символом библиотеки кедровую шишку, которую и дарили самым активным читателям по итогам минувшего года. К закрепленным на подставках позолоченным шишкам прилагалась почетная грамота. Среди номинаций: «Лучший читатель по Брайлю», «Повелитель аудиокассет», «Компьютерный гений» и другие. Удостоили шишки и самую читающую маму с детьми.
Даугавпилсская библиотека для незрячих и слабовидящих людей обслуживает Екабпилс, Ливаны, Краславу, располагая почти 5 тыс. экземплярами книг по системе Брайля, а также большим количеством озвученных книг на компакт-дисках и кассетах. Для инвалидов по зрению действует компьютерный зал, оборудованный соответствующим образом. Но в фонде библиотеки присутствуют и вполне обычные книги с плоскопечатным шрифтом. С 1979 года здесь трудится Айна Липиня – «женщина с душой и пониманием к особым потребностям людей», как говорят о ней читатели, ставшие за многие годы общения почти родственниками. А Айна, в свою очередь, искренне хвалит молодую сотрудницу Яну Шлапаку. Девушка окончила Латвийский университет по специальности: финно-угорские языки. Будучи еще студенткой, приехала однажды в библиотеку, чтобы увидеть своими глазами книги по Брайлю и то, как по ним читают по выпуклым точкам. «Мне было интересно узнать, как слепые люди воспринимают и чувствуют этот мир, – признается она. И получилось так, что через пару лет в библиотеке образовалась вакансия – одна сотрудница переехала на жительство в США. Яна заняла ее место. Читатели воспринимают девушку как чуткого, отзывчивого человека, а другие для этой работы просто не годятся. И Айна, и Яна уверены: «В слепом слепоты ни намека, ни тени…» – и еще в том, что незрячие видят сердцем.
В числе проводимых в библиотеке культурных мероприятий – встречи с инвалидом I группы (по зрению) поэтом из Резекне Виктором Филатовым. А вообще, за каждым читательским формуляром чья-то судьба, чей-то путь, проторенный в темноте… Сегодня мы расскажем о Петерисе Станиславовиче Землицком, чей читательский стаж составляет более 30 лет.
«Часть моей жизни»
Внук кузнеца и сын батрака, он происходит из Лачской волости Илукстского уезда. Детей у родителей Петериса народилось больше, чем мог прокормить небольшой участок земли – семеро по лавкам сидели, а еще двоих в раннем малолетстве Бог забрал. Когда Петерису было десять месяцев от роду, его семья перебралась жить к богатею Янису Дубицкому. Отец заключил с ним договор, по которому батраку за работу от восхода до заката полагалось 120 латов в год плюс 18 пудов ржи, 12 пудов ячменя, 6 пудов пшеницы. Мать Петериса должна была отработать на хозяина 50 дней в году. На один лат в то время можно было, к примеру, купить три фунта сахара (фунт = 0,4914 кг) да несколько леденцов ребятишкам под сладкозвучным названием «монпасье».
В 1939 году Петерис пошел в Лачскую школу. До знаний не рукой подать – 6 км от дома, и обратно не меньше. Но в 1941-м случилась большая война, и школьная грамота вынужденно прервалась до ее окончания. Вместо этого для мальчишки наступили трудовые будни: трепал лен, пас коров да овец, пилил бревна. Немцев помнит урывками, потому как их семью «они особо не беспокоили». И все же несколько «картинок» в память врезалось. Однажды Петерис ехал домой на телеге, по дороге подсел молодой немец, что-то сказал на своем… Когда доехали, миновав сени, вошел вместе с мальчиком в комнату. Мать молча поставила на стол молоко с белым хлебом. Немец не торопясь поел и вальяжно расстегнул ремень. Присмотревшись, на бляхе мальчик разглядел слова «Gott mit uns» («Бог с нами»). После чего представитель вермахта звучно «испортил воздух». Это было противно и смешно одновременно.
Но Петерис Станиславович вспоминает и совсем другой случай, когда они с отцом, возвращаясь с рынка, увидели русских военнопленных. «Я таких высохших от голода людей никогда раньше не видел. Серые, почти безжизненные лица… Пересохшие губы солдатиков шептали: «Хлеба, хлеба…» Что у нас тогда было с собой, все отдали», – говорит он, а я замечаю, что на глаза рассказчика наворачиваются крупные слезы.
Когда пришел долгожданный мир, парнишке так захотелось догнать ровесников в учебе, что освоил программу семилетки за три года. И в 9-м классе в связи с хорошей успеваемостью в 8-м «не сидел ни одного часа», – предложили сдать экзамены экстерном, Землицкий и сдал. Предмет «Основы дарвинизма» так и вовсе на пятерку.
В 1951-м средняя Илукстская школа осталась позади. Аттестат зрелости портила единственная тройка по латышскому языку. «Не мог понять, в каком месте над словом следует знак долготы ставить! Уверен, это оттого, что слишком мало было письменных работ», – поясняет Петр Станиславович.
После школы Землицкий стал студентом Даугавпилсского учительского института, выбрав физмат. В то послевоенное время в Илукстском районе педагогов с высшим образованием почти не было. Поэтому неудивительно, что Петр начал учительствовать в Двиетской школе, еще будучи студентом. Получив диплом, стал работать в этой же школе и в качестве директора. В те времена там обучалось около 130 детей.
1955 год обернулся для нашего героя женитьбой на Анне Валпетере, на ту пору главном бухгалтере районо. Молодые не просто поженились – обвенчались в костеле, что в атеистическом вчера требовало известной смелости. Став женой, Анна оставила прежнюю работу и перешла главбухом в колхоз им. Мичурина (Двиете). В тот самый, где Павел Сукатниекс тонны винограда на плантации выращивал. 300 сортов винограда, шутка ли! И куда все делось…
А вот Петерис, наоборот, вскоре перешел в район на должность заведующего методическим кабинетом. Пять лет подряд избирался депутатом Илукстского совета. А в 1968 году был избран председателем Илукстского исполкома. Но в новой должности проработал недолго, вернувшись к школьной работе в качестве учителя. На пенсию, завершив трудовой круг, ушел в 1991-м. За плечами, кроме перечисленного, 30 лет стажа преподавателя дорожного движения. Землицкий преподавал теорию – учить вождению на практике не позволяло зрение. Близорукость досталась в наследство от бабушки. Уже в 1950-х годах у Петериса была III группа инвалидности. Сегодня он инвалид по зрению I группы.
Анна, которой уже давно нет в живых, родила мужу двоих сыновей, оба получили высшее образование. Один из сыновей в настоящее время живет с отцом, что значительно упрощает поездку последнего, к примеру, в библиотеку – в Илуксте библиотеки для незрячих нет.
«Эта библиотека составляет значимую часть моей теперешней жизни, – говорит Петерис Станиславович. – Приезжаю сюда не только из-за книг и аудиозаписей, но и потому, что здесь работают приветливые душой люди. Встретишься, поговоришь, расспросишь, тебя расспросят с интересом, а что еще надо?..» И с удовлетворением замечает, что успел посмотреть мир в период, когда позволяло зрение. С женой они объездили многие республики Советского Союза. Вот такая читательская биография получается…
Роман в исполнении библиотекаря
Республиканская библиотека для слепых Министерства культуры Латвийской ССР открылась 1 апреля 1962 года. Ее наследницей является Латвийская библиотека для незрячих и слабовидящих людей, отметившая недавно полувековой юбилей.
50 лет библиотека находится в ведении Министерства культуры, однако истоки ее деятельности следует искать в конце XIX столетия, когда Институту слепых в Страздумуйже для нужд незрячих воспитанников были подарены первые брайлевские книги на немецком языке. Поначалу книги, созданные при помощи рельефно-точечного шрифта Луи Брайля, воспроизводили от руки сами ученики Института слепых, помогая в этом учителям и воспитателям, со временем перепиской стали заниматься переписчики, нанятые за плату. Переписывались как учебники, так и художественная литература.
Фонд библиотеки для незрячих и слабовидящих людей хранит несколько тех старинных книг ручной работы. До 1957 года библиотека осуществляла свою деятельность на общественных началах. С появлением учреждений Общества слепых в Лиепае, Цесисе, Даугавпилсе все больше людей овладевали шрифтом по системе Брайля. В 1961 году была основана 19-я библиотека для слепых, с тремя штатными работниками в каждой. Благодаря энтузиастам, появилась студия звукозаписи, что дало старт «говорящим» книгам, которые в то время были большой редкостью, а сегодня вполне обыденны и привычны. Аудиокниги записываются на кассеты и компакт-диски (CD). Однако если раньше в записи книг участвовали профессиональные актеры и дикторы, то теперь, как признаются специалисты студии, книги приходится начитывать самим сотрудникам библиотеки, иногда в этом участвуют волонтеры – актерам стало нечем платить. Между тем аудиокниги по-прежнему представляют огромную важность для незрячих.
Центральная республиканская библиотека имеет семь филиалов в крупных городах страны. Об одном из них, Даугавпилсском, мы сегодня рассказали нашим читателям.