«Конец света» по-даугавпилсски7

Оно и понятно, человек переживал. Поэтому я посчитала нужным расспросить еще и маму мальчика Жанну, которая находилась рядом с сыном все время пребывания в больнице. Вот что рассказала женщина спустя пару дней после выписки.

– В воскресенье вечером у сына поднялась температура до 39,4 градуса. Тело обсыпало какими-то прыщами, отекли ножки и ручки. Я не понимала, в чем дело. Вызвали скорую, которая доставила нас в приемный покой. После осмотра врачом отделения диагноз поставлен не был, до этого врач скорой помощи подозревала скарлатину. Анализы взяли только 27 декабря, так как лаборатория все четыре дня была закрыта (23, 24, 25 и 26 декабря). Тем не менее моему малышу назначили антибиотики и капельницу. Я спросила, от чего вы лечите, если диагноз не определен? На что мне был дан ответ: при любом диагнозе капельница не повредит, это стандартное лечение при инфекционных заболеваниях.

Самым неожиданным и ужасным во время пребывания в детском инфекционном отделении было то, что 25 декабря вечером отключился свет. Электричества не было и в последующие два дня. В палате кромешная тьма. Капельницу ставили при свете фонарика, с какими обычно в подвал ходят. Кричу в темноте сестричке, что капельница закончилась. Но ведь не на войне же мы в конце концов! Неужели невозможно что-то предусмотреть на аварийный случай? Когда в приемном отделении при поступлении я подписывала договор, в нем не было указано, что я должна платить за такие условия пребывания в стационаре с ребенком – ни теплой воды в кране, ни света, холод… Всё же на электричестве повязано. С питанием для сына тоже проблема – холодильники отключились, приготовить свежее негде. Термос пустой. Тем, кто состоял на питании, приносили чуть теплое.

Но и медсестрам впору было посочувствовать, им же приходилось медицинские карты с фонариком заполнять. Спасибо сестричкам – по отношению к больным они проявили себя лучшим образом, старались как могли. Тем не менее 28 декабря я забрала ребенка – мы выписались под свою ответственность. Точный диагноз врачи так и не установили. Доктора, которые осматривали сына, в основном склонялись к аллергической реакции организма. Выписывали нас с подозрением на «энтеровирусную инфекцию». (Диагноз энтеровирусной инфекции устанавливается только на основании двукратного лабораторного подтверждения – прим.) При этом с меня за каждый день пребывания взяли по 3,50 лата (без питания). За что, собственно, я платила?! За то, что освободила медперсонал от ухода за годовалым ребенком? Одного же не оставишь! Если честно, то это мне больница должна бы уплатить за моральный ущерб.

Но у нас все с ног на голову. Результаты анализов сына, которые отправляли для исследований в Ригу, не успокаивают. Плохие анализы. Но что делать? Впереди новогодние праздники, а вдруг опять в больнице электричества не будет! После того, что мы пережили, возвращаться в стационар боязно. Вот и сидим дома, – заключила Жанна в надежде, как видно, на то, что сынишке, согласно пословице, родные стены помогут. 

АВАРИЯ НА ПОДСТАНЦИИ

Айвар Здановский, возглавляющий Даугавпилсскую региональную больницу, куда входит и инфекционное отделение, комментируя «конец света» на католическое Рождество, поясняет, что авария случилась на трансформаторной подстанции. Вышедшая из строя электроподстанция, обслуживающая инфекционное отделение, строилась для нужд железнодорожной больницы в конце 1960-х годов. Чтобы выправить ситуацию, были привезены два генератора, один из которых доставили от Latvenergo. Электричества, по словам Здановского, не было двое суток, а мощности генераторов не хватило на два здания.

Проблема усугублялась и тем, что авария случилась во время выходных и праздничных дней. А. Здановский указывает также, что домой по желанию выписывали тех, кого можно было выписать, не опасаясь за ухудшение состояния здоровья. «В ином случае ребенка отправили бы лечиться в другие профильные медучреждения», – поясняет врач по поводу конкретного случая. Между тем самой большой проблемой, по его мнению, явилась ситуация с перекачкой канализационных отходов. Благодаря подключению запасных электрогенераторов, в больнице работали лифты, реанимация, приемный покой. Пришедший на выручку старый больничный генератор в аварийном порядке включился в освещение коридоров и путей эвакуации.

«Да, медикам приходилось пользоваться фонариками при лечении больных. Случись авария в рабочие дни, неполадки можно было бы устранить быстрее. А так для ремонта подстанции понадобились детали, пока нашли, пока доставили… Ремонт обошелся в 2,5 тыс. латов», – заключает руководитель ДРБ.

И ТЕМНОТА...

28 декабря, в пятницу, дедушка Вячеслав обращался по поводу непорядка с электричеством в больнице и негатива, который из этого следует, к вице-мэру Виталию Азаревичу. «Как можно допустить, что энергоснабжение в медучреждении, где лечат, где делают уколы и т. д., не могли восстановить почти трое суток?! Это же уму непостижимо!» – горячо возмущался человек. И возмущение было справедливым. Азаревич обещал разобраться на предмет поступившей телефонной жалобы. (Хотя жалобы следует подавать в письменной форме, тогда больше надежды на реакцию чиновника, один зарегистрированный экземпляр остается на руках у заявителя – прим.).

А со мной Вячеслав делился историей из даугавпилсских «фильмов» ужасов: «Вы только представьте: подходишь вечером к больнице – и темнота в окнах… Ни одно окошко не светится. Жуть…» Действительно, жуть.

Кстати, кроме автономного электроснабжения, как напоминали еще несколько лет назад представители Latvenergo, руководители латвийских больниц должны позаботиться о специальном оборудовании – UPS. Эти приборы необходимы, чтобы не подвергать опасности больных, а также уберечь компьютеры и другое электронное оборудование для лечения и обследования от повреждений, связанных с электрическими колебаниями. Тогда не будет причин волноваться, что в больнице внезапно может отключиться электричество, из-за чего жизнь людей окажется под угрозой. Как уверяли мою знакомую, позвонившую в хозяйственную часть ДРБ, такое оборудование в этом лечебном учреждении установлено.

Тем не менее, учитывая, что мощности имеющегося в ДРБ генератора недостаточно для электроснабжения корпусов больницы, можно вспомнить о существовании дизельных электростанций Caterpillar и Olympian – современных, надежных и неприхотливых электрогенераторах, служащих основными источниками энергоснабжения на различных ответственных участках. В качестве резервных источников питания они используются в безостановочных производствах, больницах и т. д., а также в качестве параллельно-подключаемых источников электроэнергии с целью ограничения или распределения пиковых нагрузок. Больницы хвалят и французскую стационарную дизельную электростанцию SDMO J 110K-IV мощностью 500 кВт, благодаря которой можно рассчитывать на постоянную поставку электроэнергии – этот дизельный генератор оснащен мощным промышленным американским двигателем John Deere 4045НF120. Электростанция способна работать без дозаправки почти 17 часов, а это значит, что если больница вдруг отключится от централизованного энергоснабжения, она продержится достаточно долго на автономном питании.

Возможно, такое вспомогательное оборудование обойдется дорого, а сколько стоит жизнь ребенка? Стоило бы нашим госмужьям из министерства подумать на этот счет и выделить столь необходимые средства. В мае 2011 года вследствие урагана тоже возникала опасность для даугавпилсской больницы, но тогда Latvenergo смогло отреагировать на «блэкаут» оперативно – медучреждение было обеспечено электричеством с помощью мобильной подстанции.

Наши оставшиеся «в живых» больницы реновируются, оснащаются современным медицинским оборудованием, чтобы идти в ногу с европейским временем. Только чего стоит все это усердие, если при сильном порыве ветра в крупном стационаре наступает «конец света»? На сегодняшний день исключить повторения ситуации, произошедшей на Рождество-2012 нельзя. Поэтому, собираясь пройти обследование в современных больничных условиях, на всякий случай берите с собой фонарь, телогрейку и валенки. 

P. S. Годовалый Артем, за которого так волновались его родные, сегодня идет на поправку.