Алена закончила школу раньше Евгения, а на курсах получила специальности повара и флориста. Применить на деле свои знания и умения не смогла – работы в городе не нашлось. Евгений, хоть и является по статусу мужем, будет продолжать учебу в школе так как хочет получить среднее образование. Встреча с молодой парой помогла вскрыть многие проблемы молодежи, о которых не стоит молчать.
— Евгений, вам 21 год, вы уже взрослый человек, создали семью. Как вы собираетесь жить дальше?
— Сейчас поздно говорить, но у меня были пробелы в образовании и сейчас я об этом горько сожалею. Если сейчас идти работать, то рабочих мест в городе не найдешь. Продолжу образование, так как получаю пособие по потере кормильца — у меня рано умерла мать, воспитывался в детском доме. У Алены умерла бабушка на селе, и после нее остался дом. После экзаменов займусь ремонтом дома, и мы туда переедем в конце лета. Запасливая бабушка оставила материалы для ремонта, поэтому больших расходов по ремонту не предвидится.
— Забот на селе хватает, умеет ли Алена доить корову?
— Алена воспитана в крестьянской семье и умеет все. Думаю, что за лето успею заготовить корм для скота, на огороде уже все посеяно — нужен лишь уход. Как можно назвать наше нехитрое хозяйство — индивидуальное или натуральное, скорее натуральное, так как нам важно получить продукты для семьи.
— Не пробовал ли ты летом устроиться на работу?
— Был один печальный опыт, работал в строительной фирме на подсобных работах. Через полтора месяца мне заплатили всего 20 латов. Я не был оформлен официально, и жаловаться было бесполезно, так как никто не пошел бы в свидетели, а в трудовой инспекции словам не верят. Но все равно будущую профессию выберу строительную.
— Алена, что вы думаете о дальнейшей судьбе вашей семьи, сожалеете ли вы о чем-либо?
— Я считаю, что у нас вполне нормальная семья, а сынишка это дар Божий. Я ни о чем не жалею. Правда, после того, как Женя закончит школу, нам нужно идти в большой мир, а это возможно только тогда, когда работаешь за рубежом. Я не думаю, что затянувшийся кризис закончится через три года, а я хочу жить по-человечески уже сейчас.
Отношение государства к молодым семьям у нас наплевательское. Материнское пособие мизерное, а когда родился Игорек, то отменили и первую помощь ребенку — это 10 латов и набор для новорожденного. Спасибо местной управе, которая дала нам на прокат коляску, не пришлось лишний раз тратиться.
Я знаю, что труд за рубежом нелегок, но оценка по труду совсем другая. Уехали наши знакомые и нисколько не сожалеют. Чем мы хуже? Знаю, что только таким путем можно помочь родным и основательно отремонтировать бабушкин дом — это наш резерв на родине.
Я не жалуюсь, мы сами всего добьемся в жизни и обязательно выплывем в этом бушующем потоке. Я считаю, что мы, по сравнению с теми же «европейцами» более жизнестойкие, а раз так, то и печалиться нечего.
Евгений и Алена ушли с коляской по аллее парка, где в коляске сладко спал маленький гражданин маленькой страны. И я подумал о том, что у этой семьи все впереди. Не затеряется ли эта семья на просторах Евросоюза, вернется ли в отчий дом?
— Евгений, вам 21 год, вы уже взрослый человек, создали семью. Как вы собираетесь жить дальше?
— Сейчас поздно говорить, но у меня были пробелы в образовании и сейчас я об этом горько сожалею. Если сейчас идти работать, то рабочих мест в городе не найдешь. Продолжу образование, так как получаю пособие по потере кормильца — у меня рано умерла мать, воспитывался в детском доме. У Алены умерла бабушка на селе, и после нее остался дом. После экзаменов займусь ремонтом дома, и мы туда переедем в конце лета. Запасливая бабушка оставила материалы для ремонта, поэтому больших расходов по ремонту не предвидится.
— Забот на селе хватает, умеет ли Алена доить корову?
— Алена воспитана в крестьянской семье и умеет все. Думаю, что за лето успею заготовить корм для скота, на огороде уже все посеяно — нужен лишь уход. Как можно назвать наше нехитрое хозяйство — индивидуальное или натуральное, скорее натуральное, так как нам важно получить продукты для семьи.
— Не пробовал ли ты летом устроиться на работу?
— Был один печальный опыт, работал в строительной фирме на подсобных работах. Через полтора месяца мне заплатили всего 20 латов. Я не был оформлен официально, и жаловаться было бесполезно, так как никто не пошел бы в свидетели, а в трудовой инспекции словам не верят. Но все равно будущую профессию выберу строительную.
— Алена, что вы думаете о дальнейшей судьбе вашей семьи, сожалеете ли вы о чем-либо?
— Я считаю, что у нас вполне нормальная семья, а сынишка это дар Божий. Я ни о чем не жалею. Правда, после того, как Женя закончит школу, нам нужно идти в большой мир, а это возможно только тогда, когда работаешь за рубежом. Я не думаю, что затянувшийся кризис закончится через три года, а я хочу жить по-человечески уже сейчас.
Отношение государства к молодым семьям у нас наплевательское. Материнское пособие мизерное, а когда родился Игорек, то отменили и первую помощь ребенку — это 10 латов и набор для новорожденного. Спасибо местной управе, которая дала нам на прокат коляску, не пришлось лишний раз тратиться.
Я знаю, что труд за рубежом нелегок, но оценка по труду совсем другая. Уехали наши знакомые и нисколько не сожалеют. Чем мы хуже? Знаю, что только таким путем можно помочь родным и основательно отремонтировать бабушкин дом — это наш резерв на родине.
Я не жалуюсь, мы сами всего добьемся в жизни и обязательно выплывем в этом бушующем потоке. Я считаю, что мы, по сравнению с теми же «европейцами» более жизнестойкие, а раз так, то и печалиться нечего.
Евгений и Алена ушли с коляской по аллее парка, где в коляске сладко спал маленький гражданин маленькой страны. И я подумал о том, что у этой семьи все впереди. Не затеряется ли эта семья на просторах Евросоюза, вернется ли в отчий дом?