Руководитель ритуального участка предприятия Labiekārtošana-D Алексей Тимофеев пояснил газете «СейЧас», что минувшей осенью на данной территории проводилась «плановая зачистка», в рамках которой вырубались растения – кусты и деревья. Вот памятники и оголились. Там, где уже нет надгробий и на памятнике невозможно прочесть, кто здесь захоронен, со временем возникнут новые могилы, ну а те памятники, где надписи еще читаются, трогать не будут. «Весной вывезем мусор, никаких ограждений существующих могил не предусматривается, как и никаких насаждений, об этом пусть родственники заботятся», – пояснил позицию предприятия Тимофеев.
Варварский способ
Мы побывали на участке лютеранского кладбища, о котором идет речь. Зрелище настораживает. Утраченная горожанами память… Здешние могилы относятся к самому разному времени, есть захоронения XIX и XX вв. Можно увидеть и уникальные в своем роде памятники, к примеру в виде ствола дерева, вершину которого венчает крест. Один из таких памятников (а может, и не один) лежит расколотый на земле. Его бы поправить, но, видно, никому до этого нет дела. Между тем такие погосты – часть истории нашего города.
Газета «СейЧас» просто не могла не позвонить по этому поводу в Даугавпилсский краеведческий и художественный музей. Заместитель директора музея по научной работе Людмила Жилвинская была неприятно удивлена происходящим. Особенно когда увидела отснятый нами материал.
«Видно, что там прошел трактор или бульдозер,– сказала она. – Не нами заведено, что вблизи могил на кладбищах люди сажают разные растения, в том числе кустарники и даже деревья, которые, по поверью, символизируют жизнь в царстве мертвых. Благоустройство – это хорошо, но по уму, соблюдая как этические, так и эстетические нормы. А тут налицо варварский способ – безжалостно уничтожены не только растения, но и травяной покров. Видимо, участок расчищается для новых захоронений, а часть существующих обречена на уничтожение.
В свое время Даугавпилсский музей провел экспедицию с целью изучения старых кладбищ города, список всех старых памятников и персоналий (в том числе и лютеранского кладбища) был передан руководству предприятия Labiekārtošana-D. Вероятно, прежде чем приступать к работам, следовало бы с ним ознакомиться, да и мы всегда готовы к диалогу.
Надо сказать, что лютеранское кладбище и в прежние времена сильно пострадало. Происходило это по разным причинам: сыграло свою роль неприязненное отношение к немцам, а также период безбожия, когда нередко с памятников автогеном срезались кресты. Соглашаясь с тем, что благоустраивать кладбища необходимо, я не могу понять, для чего было уничтожать растительность и таким образом оголять погост?» – задает вопрос Л. Жилвинская.
Уникальные акценты
От музейщиков газета «СейЧас» узнала некоторые факты кладбищенской истории. Для лютеранского кладбища земля была отведена в 1865 году согласно новому Высочайше утвержденному плану Динабурга. Людмила говорит, что старых памятников к настоящему времени тут сохранилось немного. Некоторые из них без фамилий и дат, но ценность представляет их оригинальный вид и оформление (памятник с ангелами, лирой и др.).
«Интересны памятники на могилах Calit (с камнем "Голгофа"), Goltz (обелиск), Gurevitsch (стела), Schirmches и М. Степановой (портик), Uunger и Max (надгробная плита). Для лютеранского кладбища все эти памятники уникальны, а памятники в виде портика вообще имеются только здесь.
Также на лютеранском кладбище сохранились памятники в виде Древа жизни с обрубленными корнями и ветвями (Bohusz-Piotroviczova, Budriks, Bumeisters, Kupshevics и др.) и оригинальные кресты (Ausi, Grekis). Примечательно, что памятники в виде дерева встречаются на кладбищах всех религиозных конфессий. Под такими своеобразными крестами погребали когда-то масонов. Впоследствии подобные памятники распространились повсеместно, символизируя безвременно ушедших из жизни людей, прекращение рода и прочее.
Уникально ограждение с чашами вокруг памятника Фелиции Гуревич, М. Степановой, красивая решетка ограждает памятник Гольтцу. На лютеранском кладбище также сохранились уникальные ограждения без памятников. На наш взгляд, необходимо сберечь старую часть лютеранского кладбища, расположенную вдоль центральной аллеи и справа от нее, как культурно-исторический комплекс», – выражает мнение Даугавпилсского краеведческого и художественного музея Л. Жилвинская.
Добавим, что на старом лютеранском кладбище похоронено много известных в свое время личностей. Перечислим некоторых из них с упоминанием кратких биографических сведений. Так, Юлий Бютнер (08.04.1838–21.03.1914) служил пастором евангелическо-лютеранской общины и многое сделал для возведения лютеранской кирхи, а также для основания евангелической больницы, попечителем которой являлся. Тогда как Бертулис Бувтилтс (20.12.1896–20.03.1927) был заместителем председателя Латгальского окружного суда, участвовал в освобождении Латгалии.
Похоронен здесь и военный инженер Леонидс Кирштейнс (08.04.1912–17.09.1944), который подорвался на мине, восстанавливая мост.
На лютеранском кладбище покоится и француз Петр Пежо (10.02.1821–11.12.1900), уроженец княжества Монбельяр, на биографии которого остановимся подробнее.
Получив образование в королевской коллегии (Безансон), Петр Пежо в конце 1840-х годов приехал в Россию, где стал работать в Петербурге домашним учителем французского языка, а затем воспитателем в подготовительном пансионе при Николаевском инженерном корпусе. В 1866-м Пежо перешел на службу в Виленский учебный округ. Известно, что он служил учителем французского языка в Бобруйской прогимназии. В 1869 году был переведен в Динабургскую реальную гимназию, где и учительствовал до выхода на пенсию (1889), после чего в чине статского советника уехал во Францию. Но спустя три года Пежо возвратился в любимый им Динабург, и теперь уже навсегда. Этот учитель пользовался большой любовью у учеников. Несмотря на более чем скромное жалованье и скромную пенсию, он помогал своим воспитанникам материально, один из них, благодаря поддержке учителя, получил высшее образование в Сорбонне и стал в дальнейшем профессором физики.
Примечательна и здешняя могила мастера прикладного искусства Ольги Подручки (1894–1967), которая, по свидетельствам современников, была похоронена в курземском национальном костюме.
«Умер только тот, кто забыт»
Перечислять тех, кого уж нет, кто в иные времена создавал славу нашему городу, можно бесконечно. Достаточно сказать, что в пределах участка, которого коснулось современное «благоустройство», находится памятник Августу Гагену (1821–1910) и Арвиду Пфейфферу (1847–1918), оба в определенное время являлись руководителями городского самоуправления: А. Гаген – с 1898 по 1899 год, А. Пфейффер – с 1899 по 1915 год.
В заключение остановимся у памятника Кришьянису Плекшансу (1825–1891) – отца Райниса, юбилей которого так широко отмечался в прошлом году. К слову сказать, как явствует из года рождения, у К. Плекшанса в 2015-м тоже была юбилейная дата, как-никак 190 лет со дня появления на свет, но этот факт особо не афишировался.
В целом памятник выглядит неплохо. Людмила Жилвинская указывает, что, благодаря даугавпилчанину Василию Лукащуку, на постаменте был закреплен массивный крест, заменен разбитый надгробник. Но во всем остальном могила отца Райниса производит впечатление запущенной – земля в надгробии провалилась, ограда исчезла. Оказывается, ее не так давно украли. Странно, что не была использована проектная возможность улучшить состояние этого захоронения, что ограду не восстановили в юбилейный год Райниса. На памятнике Кришьянису Плекшансу читается надпись: «Кто живет в памяти своих, тот не умер, он только далеко. Умер только тот, кто забыт». Эти справедливые слова актуальны во все времена.