А. Гапоненко: Нас предлагают депортировать, посадить в концлагеря и пытать31
Спустя много лет после известных событий, так называемое патриотическое объединение «Вису Латвияй» безответственно предложило то же, что и национал-социалисты в Германии 30-х годов – запретить национальные школы, а значит запретить иной язык, запретить быть другим. А позавчера в прессе появилась информация, что объединение "Центр согласия" выступило против придания русскому языку статуса второго государственного. Еще ранее мэр Риги Нил Ушаков выразил надежду, что обществу «Родной язык» не удасться довести свои законодательные предложения до референдума.
Об этом и многом другом «Грани» беседуют с одним из лидеров «Родного языка» профессором, доктором экономики, сопредседателем ОКРОЛ Александром Гапоненко.
Александр, Центр Согласия дистанцировался от инициативы вашей общественной организации «Родной язык» по введению в Латвии русского языка как второго государственного, публично поставив в один ряд с инициативой Нацобъединения «Вису Латвияй». Интересно ваше мнение, как одного из лидеров кампании «за русский язык», - ваш сбор подписей действительно является зеркальным отображением инициативы нацрадикалов? Если нет, то почему?
Нет, наш сбор подписей не является зеркальным отображением инициативы Райвиса Дзинтарса. В одном из прямых эфиров на телевидении, на вашем даугавпилсском канале “Dautkom”, я объяснял свою позицию по этому вопросу. Если бы мы собирали подписи против латышских школ, латышского языка, как делает «Вису Латвияй» против наших школ и языка, то тогда действительно можно было бы назвать нашу инициативу зеркальной и радикальной. А так мы не требуем что-то закрыть или ликвидировать, мы просим оставить то, что уже у нас есть, придав этому легальный статус! За это выступает организация «Родной язык».
Кстати, насчет организации. Вчера, озвучивая позицию по деятельности «Родного языка», депутат Сейма от Центра Согласия Валерий Агешин, назвав ее «контрреакцией» и «ответным шагом на инициативу Visu Latvijai», предложил более либеральный вариант решения языковой проблемы, подразумевая под этим «использование русского языка лишь на уровне самоуправлений, чтобы пожилые люди могли получать там услуги также и на русском языке». На стремление общества «Родной язык» уравнять в правах латышский и русский языки депутат ответил отрицательно. Как вы расцениваете это заявление в рамках действующего сегодня Закона о государственном языке?
Начнем с того, что сегодняшний Закон о госязыке ни в какой форме не подразумевает использование русского языка на уровне самоуправлений. В том числе и пожилые люди при обращении в аптеку лишены возможности обнаружить на лекарствах аннотации на русском языке и самоуправление на это никак повлиять не может. Это первое. Что касается смысла высказанных Агешиным заявлений, то как только информация о них появилась в прессе, я позвонил ему и задал вопросы. Он заверил меня, что пресса исказила смысл его комментария. «Центр Согласия» действительно не поддерживает придание русскому языку статуса второго государственного. Это позиция партии, смешанной по своему национальному составу. Центр Согласия рассматривает возможность придания русскому языку статуса официального языка. Я также точно знаю, что у членов объединения есть разные точки зрения по этому вопросу – кто-то поддерживает идеи «Родного языка», кто-то не поддерживает.
Почему лично для Вас неприемлема предлагаемая «Центром Согласия» «примиренческая» позиция о единстве госязыка?
В рамках нынешнего политического поля невозможно решить языковую дискриминацию. Поэтому необходимо выходить за рамки этого поля...
Вы имеете в виду, что языковой вопрос невозможно решить в рамках парламентской межпартийной борьбы?
Да. И именно поэтому было создана общественная организация «Родной язык», сегодня превратившаяся в народное движение. Нам удалось заручиться эмоциональной поддержкой русской общины. Теперь наша задача найти поддержку в среде прагматично мыслящих представителей латышской общины. Основания предполагать, что это получится - есть. Вчера-позавчера я провел небольшой опросик в среде своих друзей и коллег, - латышей по национальности. И вы знаете, понимание почему мы собираем подписи за русский язык у них есть. Конечно можно было бы предположить, что результаты моего опроса необъективны – я, в основном, общаюсь в среде научной интеллигенции. Но сомнения в верности его результатов у меня отпали, когда я зашел на латышские информационные порталы, где прочитал несколько тысяч комментариев по поводу нашего успешного сбора 10 тысяч подписей.
Там были разные мнения. 10% откровенно поддерживали, около 20% реагировали сдержанно, еще 20% завидовали нашей сплоченности, 30% искренне не понимали зачем нам это. Но была прослойка в 20%, которые предлагали нас депортировать, посадить в концлагеря, пытать. Это люди, зараженные проводимой в Латвии национальной диктатурой. Они никогда не изменяться, они больны. Поэтому наша задача доработать с той часть латышской аудитории, которая еще не определилась в отношении нас. Тогда будет возможен выигрыш референдума.
Александр, скажите а какие дальнейшие планы у общества «Родной язык», помимо проведения акции «За русский язык!»? Не перерастет ли эта организация в новую партию?
Общество «Родной язык» зарождалось не как политический проект, а как народная инициатива. Я уже говорил вам, что отстаивание языка на котором ты говоришь не лежит в плоскости межпартийной борьбы. Создавая наше общество, мы не планировали занимать нишу какой-либо партии, как сейчас любят рассуждать некоторые. А перерастет ли народная инициатива в партию – это не зависит от воли Гапоненко, Линдермана, Осипова, а зависит от этой самой инициативы народа. Все будет зависеть от того, выйдут ли сторонники этой инициативы из формата подталкивателей-комментаторов с портала Delfi в формат наших сторонников, реально действующих в экономике бизнесменов.
Спасибо за интервью!