Производителям торфа не позавидуешь: их задушат налогом1

Мало кто в курсе, что последние пять лет наше государство является одним из крупнейших в мире экспортером торфа, который успешно продается в десятки стран, давая работу более 5000 человек. Причем там, где с работой особенно туго — Латгалии.

Удивляться не приходится. Ни одна другая страна Евросоюза не может похвастать такими залежами торфа. Только уже разведанные наши запасы оцениваются в полтора миллиарда тонн и стоят 4 миллиарда (!) евро.

Покупают же у нас вовсе не топливные брикеты (мы не используем торф для обогрева, хотя для страны это было бы очень выгодно, более того — за счет использования энергетического торфа Латвия могла бы запросто получить эквивалент Плявиньской гидроэлектростанции), а продаем субстраты из него как отличное удобрение.

Главные покупатели – Китай, Германия, Италия, Нидерланды, Бельгия, Польша, Латинская Америка. Объемы колоссальные. Достаточно отметить, что латвийский торф обеспечивает около трети садоводческого субстрата Европы.

Да и сама отрасль при должном подходе имеет колоссальные перспективы. Из торфа можно получать синтетическое топливо по реакции Фишера-Тропша, гидролизат, который является отличной питательной средой для кормовых дрожжей, а эти дрожжи, в свою очередь – прекрасной кормовой добавкой для скота и птицы и много что еще…

Но, увы, ничего этого не будет, поскольку прибыльной отрасли подписали приговор. Правительство постановило, что в следующем году ставка налога на природные ресурсы для торфа будет составлять 70 центов за тонну (это время переходного периода), а в 2027 и 2028 годах взлетит верх и составит уже 3,50 евро (!) за тонну. То есть - увеличится в пять раз.

Почему? Формально виной всему пресловутая «зеленая» повестка и необходимость снижать вредный парниковый эффект. По подсчетам Министерства топлива и энергетики, именно торф создает около 10% парниковых выбросов. А раз так, то производитель торфа (не важно какого – топливных брикетов или садоводческих субстратов) должен обкладываться повышенным налогом, платя за загрязнения окружающей среды.

На деле все упирается в деньги. Государству принадлежит большая часть торфяных болот, сдаваемых разработчикам в аренду. Поэтому оно получает деньги в Госказну и напрямую (плата за аренду), и опосредованно (в виде налоги). Соответственно, чем выше будет налог, тем больше средств получит казна.

Сказать, что производители от повышения налога в шоке, это не сказать ничего. Для них это настоящий удар в спину, коварно нанесенный в самое трудное время. Ведь в этом году они понесли колоссальные убытки.

Из-за дождливого лета добыча торфа оказалась одной из самых неудачных за последние десятилетия. Предприятия смогли собрать лишь около трети от запланированных объёмов сырья, в связи с чем даже обращались к правительству с просьбой объявить чрезвычайную ситуацию. В ответ же получили известие о скором пятикратном увеличении налога.

К чему это приведет? Повышенный налог на торф скажется на пищевой отрасли (ведь торфяной субстрат широко используется в садоводстве для производства ягод и овощей), а часть предприятий, не выдержав конкуренции с той же Финляндией и Эстонией, где налоговые ставки ниже, к радости соперников благополучно загнется. Тысячи людей, исправно платящих налоги, останутся без работы. Ну, и в чем будет наша выгода?