Именно так назывался прошедший 3 сентября в Центральном парке молодежный фестиваль, первое большое мероприятие нового молодежного департамента городского самоуправления.
Игра ассоциации
Артишок – не просто овощ, а деликатес, обожаемый древними римлянами и современными французами. С ним связана красивая античная легенда о любви.
Жила на свете прекрасная девушка по имени Кинара. И однажды Зевс, будучи в гостях у своего брата Посейдона, увидел, как она гуляет по острову. Боясь ее вспугнуть, Зевс долго наблюдал за красивой смертной женщиной с моря. Но Кинара заметила его и нисколько не испугалась присутствия бога. Любвеобильный Зевс решил воспользоваться этой возможностью и соблазнил Кинару. Он настолько был очарован девушкой, что предложил ей стать богиней и жить рядом с ним на Олимпе. Кинара согласилась, и всякий раз, когда законной жены Геры не было рядом, Зевс, как влюбленный мальчишка, спешил на свидание с Кинарой. Но вскоре молодая богиня затосковала по матери и дому и тайком от Зевса ушла навестить своих родных в мир смертных. Когда она возвратилась, Зевс разгневался на нее и наказал за обман. Он толкнул ее на землю, и когда Кинара упала, он превратил ее в растение, которое люди знают как артишок.
Марш по классам!
Молодежь разбрелась по зонам и отлично провела время. В программе фестиваля было много соревнований и конкурсов, победителей которых наградили вечером, накануне огненного шоу и концерта популярного латвийского исполнителя Джея Стивера (Яниса Стибелиса), ставшего «звездным» гостем «Артишока».
«Любимое место – мой родной город»
А после фестиваля «Артишок» Джей Стивер дал эксклюзивное интервью компании DAUTKOM, в котором рассказал о «Новой волне», Лайме Вайкуле, строгом папе с ремнем и прекрасном пении сверчка.
– Янис, а почему вы Джей Стивер?
– А ваш папа заставлял вас учиться музыке?
– Да. Мое детство прошло в маленьком городке Талси. Я хотел стать хоккеистом. Вообще я был обычный такой мальчишка, хотел играть в футбол с друзьями, а не разучивать гаммы. Представляете, как трудно ребенку играть, например, фуги Баха? Но мой папа был строг, он все решил за меня, иногда и ремнем пользовался. Потом я многое понял и сейчас не жалею о тех временах.
– Ваша карьера сложилась с самого начала очень удачно. Вы долго были бэк-вокалистом у Лаймы Вайкуле…
– В 1998 году я учился в Голливуде, приехал в Латвию, и, представляете, я не знал Лаймы Вайкуле. Так получилось, что меня пригласили спеть на дне рождения ее мужа Андрея. Лайма меня заметила, ей понравился мой стиль. И так сложились обстоятельства – у нее как раз ушел бэк-вокалист, такой чернокожий кубинец. Она дала мне шанс попробовать. Работа с Лаймой отличалась большим профессионализмом. После «Новой волны» она предложила мне исполнять сольные номера перед ее концертами. Я был на разогреве, пел по 5–6 песен.
– С Лаймой у вас до сих пор дружеские отношения? И вы согласны с тем, что прошли ее школу?
– Отношения дружеские. Буквально пару дней назад я снова зажигал на юбилее ее мужа. Школа Лаймы Вайкуле… Это не в буквальном смысле школа. Я постарался перенять те вещи, которые делают ее уникальной. Лайма умеет соединить сложность и простоту, умеет просто подать утонченные, интеллигентные вещи.
– «Новая волна – 2002» сделала вас знаменитым?
– Ну, у меня уже была известность в Латвии. Я был number one (смеется). А третье место на «Новой волне» сделало меня известным за пределами страны. Меня узнавали в Москве, в Киеве. Атмосфера той первой «Волны» была очень доброжелательной. Сейчас все не совсем так. Этот конкурс стал борьбой сфер влияния разных продюсеров. Сложно все…
– Говорят, что если человек попал в тусовку «Новой волны», то это навсегда. Вы сохранили связи с российским шоу-бизнесом?
– Необязательно навсегда. Человек сам делает выбор. Я общаюсь с Димой Биланом, Сергеем Лазаревым. Недавно мы с Домиником Джокером записали новый трек, очень надеемся его раскрутить. Я не очень-то люблю эти звездные тусовки, но мой менеджер говорит – надо на них бывать, заставляет меня светиться…
– У вас есть друзья среди латвийских исполнителей?
– Мой главный кореш – Интарс Бусулис, ведь он тоже из Талси. Дружу с Нормундсом Рутулисом. У нас даже есть песня на троих – Интарс, Нормундс и я. Тесно общался с Арнисом Меднисом, но сейчас он отошел от шоу-бизнеса…
– Вы собираетесь представлять Латвию на Евровидении. Что, по вашему мнению, главное на этом конкурсе – удачная песня, харизма исполнителя, деньги, наконец?
– Я не знаю. Очень странный конкурс. Там в последнее время появились какие-то клоуны. И вдруг после них на сцену выходит Патрисия Каас, певица совсем иного уровня. Я ничего не понимаю.
– Можно что-то узнать о вашей личной жизни?
– Я женат, у меня есть сын.
– Лучшее место в мире для Яниса Стибелиса – это…
– Родной дом в Талси. Когда я приезжаю, мама всегда готовит что-то вкусное, и я объедаюсь. В Талси очень красиво: два озера, чудесные парки. Я вспоминаю детство, мне кажется, что в Риге среди асфальта у детей не будет таких прекрасных воспоминаний, как у меня. Я очень люблю покой. Прекрасный вечер для меня – открыть окно и слушать сверчков. Конечно, я не всегда живу так. Есть тусовка, и я ей принадлежу в какой-то степени. Но слушать пение сверчков – это счастье. Возвращение к природе и уход от урбанизации – вот что нужно современному человеку.