Любвеобильный гений немого кино10

Каким образом Мозжухин оказался на столь предательском средстве передвижения? Дело в том, что в Двинске снимался фильм «Михаил Строгов» по произведению Жюля Верна. Вот во время съемок плот и понесло. В голове актера в эти моменты промелькнули, наверное, самые значимые «кадры» его жизни. Ясно представился допрос на Лубянке, пережитая  вместе с женой актрисой Наталией Лисенко нешуточная вероятность расстрела чекистами, когда в 1919-м «комиссары в пыльных шлемах» решили «пустить в расход» очередную партию «подозрительных личностей явно непролетарского происхождения». Среди обреченных – многие звезды Великого Немого. От смерти тогда спасло то, что один из красных командиров оказался давним поклонником творчества Мозжухина. Этот драматический эпизод стал по сути финальным в российской карьере знаменитой пары – Мозжухина и Лисенко. В 1920 году вместе с владельцем киностудии И. Ермольевым, режиссером Я. Протазановым и другими русскими кинематографистами актеры покинули Россию.

Вот поэтому-то Иван изо всех возможных и невозможных сил греб к берегу. Спасся, но то опасное приключение запомнил навсегда.

Когда акцент не помеха

Иван Мозжухин (1889–1939) происходил из обеспеченной семьи – как-никак был сыном управляющего имением князя Оболенского в Саратовской губернии.

В молодости, изучая юриспруденцию в Московском университете, Мозжухин не помышлял о карьере в кино. Зато театром был увлечен страстно, что и привело впоследствии на сцену, а позднее на киноэкран. В 1911 году он сыграл свою первую роль в фильме П. Чардынина «Крейцерова соната» (по мотивам повести Л.Н. Толстого).

На студии А. Ханжонкова И. Мозжухин снимался в драмах, мелодрамах, комедиях, на смену которым с середины 10-х годов ХХ века, перед Первой мировой войной, пришли мистические истории – «Пляска смерти», «Сатана ликующий»  Протазанова и др.

У Якова Протазанова Мозжухин сыграл и в двух известных экранизациях русской классики – «Пиковая дама» (1916) и «Отец Сергий» (1917).

Но и после эмиграции во Францию актер продолжает работать, снимаясь во многих фильмах вместе со своей женой Н. Лисенко. Среди них «Ужасное приключение» (1920, режиссер Я. Протазанов), «Кин» (1923, режиссер А. Волков), «Лев моголов» (1924, режиссер Ж. Эпштейн), «Покойный Матиас Паскаль» (1924, режиссер М. Л'Эрбье), «Михаил Строгов» (1925,  режиссер В. Туржанский), «Казанова» (1926, режиссер А. Волков) и др.

Следует признать, что Мозжухин говорил по-французски не блестяще. Однако в немом кино актерский акцент не мог стать препятствием для карьеры. Киноленты с участием талантливого русского актера пользовались стабильным успехом во многих странах мира. Кроме того, Мозжухин заявил о себе в Париже и как режиссер, сняв в 1922-м картину «Костер пылающий» (Brasir ardent).

Не дожил до полувекового юбилея

В 1927 году его приглашают в США на главную роль в фильме Э. Сломана «Капитуляция», позднее признанную критиками неудачной. Название картины, увы, оказалось роковым для голливудской карьеры актера. С 1926 года крупнейшие американские студии переключаются на звуковые ленты. Мозжухин, не владевший английским, понял, что без знания языка ему не сделать здесь достойной карьеры. Профессиональный провал дополнила безуспешная игра на бирже.

Разорившимся и полузабытым он возвращается в Европу. На этот раз не в Париж, а Берлин, где все еще правил Великий Немой. Стоит заметить, что в Берлине той поры обосновалось немало кинематографистов русского происхождения. Историк кино М. Алейников и режиссер А. Разумный, встречавшие в конце 20-х годов Мозжухина в немецких студиях, рассказывали, что уже тогда в каждом его слове слышалась неизбывная ностальгия – болезнь, как известно, неизлечимая со всеми вытекающими отсюда обстоятельствами…

Но немецкий период в творчестве актера продлился недолго. С 1929 года он снова живет и работает во Франции («Белый дьявол», 1929, режиссер А. Волков). Кстати, во Франции, как и в США, Мозжухин снимался под псевдонимом Москин.

В киноведческой литературе долгое время культивировался миф, что И. Мозжухин не смог приспособиться к требованиям звукового кино. Но есть факты, говорящие об обратном. С 1931 года выдающийся актер, к этому времени уже хорошо изъяснявшийся по-французски, достаточно успешно снимался в «говорящих» фильмах: «Сержант Х», 1931; «Похождения Казановы», 1932;  «Тысяча вторая ночь», 1933; «Дитя карнавала», 1934 и др.

Эффектная внешность, изысканная пластика, драматический талант привлекали к нему внимание не только постановщиков из среды русских эмигрантов, но и коренных французских режиссеров. Воспрянув духом, Мозжухин загорается своей новой режиссерской работой – уже звуковой, желая идти в ногу со временем. Но этим планам, к сожалению, не суждено было осуществиться. Подхватив скоротечную форму туберкулеза, Иван Мозжухин, снявшийся за свою жизнь в более ста фильмах (в России и за рубежом), умирает 17 января 1939 года в одной из парижских больниц (в Нейи), не дожив до полувекового юбилея.

Похоронили Мозжухина на французском кладбище Сент-Женевьев-де-Буа.

Наталья Андреевна Лисенко (племянница украинского композитора и пианиста Н.В. Лисенко) пережила мужа на 30 лет, но ее киножизнь тоже оборвалась в 30-х годах минувшего века.

Актер «русского стиля»

Иван Мозжухин, по воспоминаниям современников, обладал необычайным талантом, а его лицо было одним из самых ярких и притягательных лиц немого кинематографа. Увидев однажды взгляд Мозжухина, уже невозможно было его позабыть. О мозжухинских глазах слагали легенды. Мужчины и женщины, кухарки и критики, все признавали их магическую глубину и притягательность. Эти глаза могли выразить любые чувства: полное отчаяние, гнев, радость, муки любви, легкую досаду, недосказанность…

Говорили также, что он знал наперед свою судьбу. А может, строил жизнь по собственному сценарию? И пророчески был уверен, что его будут помнить и через сто лет, иначе не собирал бы и не возил бы с собой письма, черновики и даже квитанции – огромный архив для потомков. Русский актер завещал это архивное богатство России, которую бесконечно любил.

Отмечалось, что Мозжухина подкосил не приход звука в кино – он обладал красивым голосом. Беда заключалась в другом – в ощущении утраты почвы, на которой возрос и на которой расцвел его талант.

По мнению некоторых критиков, именно эмиграция выявила не только потенциал режиссера-авангардиста Мозжухина, но и русское начало в природе актера Ивана Мозжухина, а точнее, его принадлежность к той линии русского актерства, которую представляли великие трагики – Алексей Яковлев и Павел Мочалов, причем как в ее достоинствах, так и недостатках. Это линия «стихийных гениев», «нутряных» актеров.

Зародившись на рубеже XVIII–XIX вв., она не ушла в прошлое, а заявила о себе и в кино. При огромном таланте, с особой силой проявлявшемся в ролях романтического и трагического репертуара, Мозжухина отличало в то же время несколько небрежное отношение к своей профессии и отсутствие школы (такой школой для актера являлись провинциальная труппа и театр Народного дома). Что и привело к боязни слова. Известно, что и в театре актер предпочитал роли с минимумом слов.

Звуковое кино оказалось драматичным для большинства русских киноактеров-эмигрантов, проживающих слишком замкнуто, что и помешало им выучить язык и быстро вписаться в говорящее кино. А дубляж в то время находился в зачаточном состоянии.

Как бы то ни было, Иван Мозжухин явился первым большим реалистическим актером русского кино и даже во Франции оставался им, снимаясь с подлинным успехом лишь в фильмах «русского стиля». Именно как первый большой актер младенческих лет русского кинематографа он и вошел в историю.

P. S. Иван Мозжухин, обладавший незаурядной внешностью, был известен не только своими киноролями, но и многочисленными бурными романами. Поэтому нет ничего удивительного в том, что дважды лауреат Гонкуровской премии по литературе Ромен Гари (1914–1980 гг.) не раз упоминал в интервью, что он внебрачный сын Мозжухина. Если это действительно так, то талант русского актера сполна передался одному из самых знаменитых писателей нашей планеты.