В Швеции запретили родственные браки. Причина — не угадаете!1

Если бы не этот закон, мы бы и не узнали, что в такой передовой современной стране, как Швеция, по сей день — в 21 веке! — в вопросах брака оставлена возможность для средневековых обычаев. И ведь не остров, не изолированное непроходимыми горами маленькое государство — наоборот, большая и открытая миру страна. Как мог сохраниться в ней столь дремучий пережиток — родственные браки?

Первая мысль, которая приходит в голову, - это завозная история, закон пришлось принимать из-за «понаехавших». Дело в том, что Швеция чуть ли не первой в Европе распахнула свои двери для очень религиозных мусульманских мигрантов: выходцы из Пакистана, Ирана, Ирака стали переезжать туда ещё в конце 1970-х годов (либеральную иммиграционную политику пришлось ввести, потому что шведки стали мало рожать). Для мусульманских стран близкородственные браки — обычное дело. Наверное, это и заставило шведов принять сей закон?

Но дело в том, что браки между кузенами в Швеции разрешены уже два века! Легализовавший их закон вышел ещё в далёком 1844 году, когда мусульманами тут и не пахло, а Швеция была этнически однородной. Кроме шведов, составлявших абсолютное большинство, тут жила только горстка саамов и чуток финнов.

Зачем же двести лет назад в Швеции приняли такой дурацкий закон? Вы удивитесь, но это были первые шаги шведов к столь излюбленному ими ныне либерализму. В Швеции уже в 19 веке сочли, что государство не должно излишне контролировать частную жизнь совершеннолетних граждан, если только они не состоят уже совсем в прямом родстве (родители/дети или родные братья/сестры). А в остальном — делайте что хотите, женитесь на ком хотите: вот такие мы, шведы, передовые люди свободных взглядов.

Так что можно смело сказать: в 1844 году шведы сделали первый шаг к своему знаменитому изобретению — «шведской семье». Разрешив родственные браки, они приоткрыли форточку Овертона и потом потихоньку стали легализовать самые различные формы отношений, исходя из единственного принципа «если нельзя, но очень хочется, то можно». И сегодня в Швеции разрешены: разнополые браки, однополые браки, которые дозволяет и либеральное государство, и либеральная шведская церковь, готовая обвенчать хоть лесби, хоть квиров, хоть трансов — вообще всё равно.

Но в последние годы шведы с большим неудовольствием обнаружили, что родственные браки, которые они считали ярким признаком своей раскрепощённости, вовсю используются понаехавшими из мусульманских стран для закрепощённости. У исламских мигрантов родственный брак — прекрасный способ капсулироваться в своей культурно-этнической среде и жить в Швеции, нисколько в неё не интегрируясь. Когда дядя женится на племяннице, брат — на двоюродной сестре, а дед — на внучке своего брата, это делает ещё жёстче клановую иерархию, из которой женщине уже не вырваться никогда. Забитой жертвой все помыкают, а жаловаться некому: вокруг — одни родственники, связанные клановой порукой.

В общем, что шведке хорошо, то пакистанке или афганке — мучения, а то и смерть.

Только поэтому шведы решили отказаться (надо думать, не без сожалений) от своей замечательной либеральной привычки — вступать в браки с родственниками. Запретили себе, чтобы запретить мусульманам. Законодатели, утвердившие новый закон, прямо так не говорят, но это отчётливо читается между строк в их обосновании пакета изменений к семейному праву. Ключевая цель реформы, говорится там, — «предотвращение принуждения к браку, насилия и практик, связанных с так называемой «культурой чести». В отдельных случаях, подчёркивается в документе, «семейные и клановые структуры могут ограничивать свободу выбора партнера, особенно у женщин».

Новые правила вступят в силу с 1 июля этого года. Наложен запрет на браки не только между двоюродными братьями и сёстрами, но и между другими родственниками, в том числе — между сводными братьями и сестрами, а также случаями, когда один из партнеров является прямым потомком брата или сестры другого (то есть дяди/тёти и племянники/племянницы). Отдельно уточняется, что ограничения распространяются и на некоторые родственные связи по усыновлению.

Поаплодируем шведам. Отказаться от своих свобод ради свободы других — это сильно. За это они будут вознаграждены: новый закон им самим тоже пойдёт на пользу. Меньше плохих мутаций в генофонде, больше фертильности — а там, глядишь, и шведки опять начнут рожать…