Как сообщает ВОЗ, жара в Европе унесла всего за неделю жизни более 1300 человек. Наша часть света признана сейчас самой быстро нагревающейся на планете: европейские темпы повышения температуры превышают среднемировые вдвое.
С середины июня ряд стран Европы столкнулся с аномально высокими температурами. Во Франции, Германии, Испании и Великобритании столбики термометров превышали 40 °C.
В Германии рекордная жара буквально расплавила улицы. В Лейпциге пришлось приостановить работу всей трамвайной системы после того, как экстремальные температуры размягчили асфальт и битум, те буквально вылились на пути и сделали движение поездов небезопасным.
В Берлине от жары начали плавятся светофоры. Полиция прибегла к нестандартному применению водометов – поливая из них прохожих, которые хотели охладиться в жару.
В клиниках Германии, включая кардиологию в Дюссельдорфе, температура в палатах достигла +40°C, персонал призвал родственников пациентов приносить им пакеты со льдом.
Перегревшись, дрогнула даже фракция «Зелёных» в Бундестаге — наступив себе на горло, она призвала немедленно запустить программу массовой установки кондиционеров в социально важных учреждениях – таких, как больницы, дома престарелых, детские учебные заведения.
Ровно тот же самый призыв прозвучал и от лидера «Зелёных» во Франции, где морги переполнены умершими от теплового удара, обезвоживания и прочих последствий жары. В Париже экстренные вызовы выросли в четыре раза, только за сутки зафиксировано 55 смертей в службах скорой помощи (при норме 3-4), а ВОЗ сообщила о 1300 жертвах жары за неделю по Европе.
Логичный вопрос — но как же так, неужели в больницах самых развитых стран Европы нет кондиционеров? Представьте себе — именно так. Из-за климатической повестки ЕС (где Германия всегда выступала фанатичным заводилой) кондиционеры годами клеймились как экологически вредные, здания строились с оглядкой на утепление, а не охлаждение, а отказ от энергоносителей из РФ усугубил энергокризис. Лишь 3-7% домов в Германии, Франции и Великобритании имеют кондиционеры, а в целом по Европе этот показатель не превышает 20%.
Кроме человеческих потерь, Европа из-за аномальной жары рискует столкнуться и с потерями экономическими. Наибольшие риски связаны с Испанией, Италией, Грецией, где слишком высокие температуры могут оставить производителей оливкового масла без сырья. Дело в том, что при жаре выше 40 градусов в оливках снижается содержание масла, сами оливки становятся хуже по качеству. А значит цены на продукт, которого будет мало, пойдут вверх.
Угроза нависла и над европейскими виноградарями. Хоть про лозу и говорится, что она «должна страдать», но при такой жаркой и засушливой погоде она может просто сгореть и не дать нормального урожая, а тот виноград, что уродится, не будет пригоден для качественного вина.
В целом экономический ущерб ещё рано подсчитывать, но что без него не обойдётся, можно сказать абсолютно точно.
Примечательно, что хоть европейские «зелёные» и дрогнули в вопросе кондиционеров, в остальном они остаются непримиримыми. Так, причиной аномальной жары по-прежнему называется деятельность человека: выбросы при сжигании угля, нефти и газа. В подкрепление произносятся угрожающие фразы - «такого ещё не было за всю историю наблюдений».
Между тем, история официально фиксируемых наблюдений за погодой на планете началась всего лишь полтора века назад. Хотя первые регулярные сети станций появились в Европе в 1654 году (Флорентийская академия), это были отдельные точки. С 1795 года такая точка появилась и в Риге. Но — уж извините за каламбур — погоды они не сделали, пока не был изобретён телеграф, позволивший оперативно собирать данные и создавать первые синоптические карты. По этой причине большинство современных мировых метеорологических служб ведут отсчет своих официальных архивов с 1850–1870-х годов. Отсюда и можно отсчитывать «всю историю наблюдений».
Между тем, исторические хроники и геологические исследования показывают, что Земля уже не раз проходила через череду глобальных похолоданий и потеплений, которые сменяют друг друга независимо от того, чем занимается человек, и даже — есть ли он на планете вообще. Так, 55 миллионов лет назад, когда никакого человека и в помине не было, случился палеоцен-эоценовый термический максимум, когда среднемировая температура резко поднялась на 8 градусов, из-за чего широколиственные леса росли даже за Полярным кругом.
Для сравнения — сейчас при всей индустриальной деятельности человека она поднялась на планете примерно на 1,5 °C выше доиндустриального уровня (период 1850–1900 годов).
Другой пример: уже в наши средние века (IX–XIII века) случилось повышение температур в Северном полушарии, позволившее викингам заниматься земледелием в Гренландии. В той самой, где сегодня свободны ото льда лишь 16% острова, да и те представляют собой область сплошной или прерывистой вечной мерзлоты. А викинги застали остров таким буйно цветущим, что назвали «Зелёная земля» (от старонорвежского Groenland).
Так что пусть климатические фанатики не рассказывают свои сказки про антропогенный фактор. Цели их понятны: дать зелёную улицу новому «зелёному» бизнесу. Вот только планета как жила, так и будет жить по собственным законам, где антропогенный фактор — ничтожен (один только Мировой океан за сутки выбрасывает в атмосферу столько СО2, сколько наши заводы и фабрики, автомобили и стада животных не выбрасывают и за год).
И всё, что здравомыслящим людям стоит признать: сейчас на Земле происходит очередная смена климата. Глобальное потепление это или глобальное похолодание (вспомните нынешнюю зиму с её непривычно низкими температурами) — это учёным ещё надо осмыслить и понять. В любом случае, климат становится более экстремальным. Исходя из этого и следует плясать в составлении программ — как нам к таким перепадам подготовиться и как пережить их с наименьшими потерями.