 |
Среди стран Евросоюза больше всего пенсионеров продолжают трудовую деятельность в Эстонии, Латвии и Литве. Доля работающих пенсионеров у нас в три с половиной-четыре раза выше, чем в среднем по ЕС. Каковы причины?
Как сообщает «Евростат», в 2023 году (статистика в этом неповоротливом ведомстве всегда отстаёт от реальности на несколько лет) 12,9 % жителей ЕС продолжали работать в течение шести месяцев после получения своей первой пенсии по возрасту.
Это среднее число мало говорит о реальной занятости пенсионеров по странам, зато отлично отражает огромную пропасть между ними. Смотрите сами: наибольшая доля людей, продолжавших работать, была зафиксирована в странах Балтии: Эстонии (54,9%), Латвии (44,2%) и Литве (43,7%). Тогда как наименьшая – в Румынии (1,7%), Греции (4,2%) и Испании (4,9%).
Получается, что если в странах Балтии работает, грубо говоря, каждый второй пенсионер (в Эстонии — каждый 1,8-й, в Латвии — каждый 2,2-й), то в Румынии — каждый 59-й пенсионер. Вот это разница так разница!
Интересны причины: почему так происходит. И важно понимать, что для каждый страны они — свои.
Лучше всего мы понимаем про себя: пенсионеры в странах Балтии продолжают трудиться, потому что пенсии у многих слишком малы. Средняя пенсия в Эстонии — 860 евро, в Латвии — 686 евро, в Литве — 750 евро. Одинокому пенсионеру на это не прожить, но главное — у большого количества балтийских пенсионеров пенсии до этих «средних» не дотягивают.
Тем не менее, это не единственная причина. Если поглядеть внимательно на расклад по работающим пенсионерам в ЕС, то волей-неволей приходит в голову: а ведь расхожее мнение, что северяне всегда больше склонны трудиться, а южане — бить баклуши, похоже на правду. Ибо сразу после стран Балтии в таблице «Евростата» идут страны Северной Европы: Швеция (где работают 41,7% пенсионеров), Норвегия (37,6%), Финляндия (28.6%). Эти три государства очень зажиточны, их пенсии позволяют гражданам отлично себя чувствовать на заслуженном отдыхе, однако — нет, те предпочитают трудиться.
Причины, по которым трудятся шведские, норвежские и финские пенсионеры: хорошее здоровье (там отлично финансируется здравоохранение), позволяющее долго трудиться, общественное мнение, порицающее безделье, и желание по-прежнему чувствовать себя востребованным. Иными словами, пенсионеры Швеции, Норвегии и Финляндии работают, потому что им нравится работать.
А вот немцы, которые слывут трудоголиками, на пенсии работать не хотят. В Германии после выхода на пенсию продолжают работать лишь 12,8% пенсионеров. Остальные отправляются в путешествия и составляют основной костяк отдыхающих в жарких странах Европы. Еще меньше желают работать на пенсии французы: лишь 9,9% не заканчивают трудовую деятельность по достижении пенсионного возраста.
При этом рядышком, в Швейцарии — одной из самых богатых стран ЕС, продолжают работать 25% пенсионеров, то есть каждый четвёртый. И это при том, что средняя пенсия швейцарцев составляет в переводе на евро 2700–2800 евро для одиноких граждан и около 4000–4100 евро для семейных пар. То есть, можно смело констатировать, что швейцарцы, как и жители Северной Европы, продолжают трудиться для своего удовольствия.
Но движемся на юг — и картина становится куда беспечной. В Италии работают лишь 9,4% пенсионеров. В Испании — 4,9% (при том, что рядом, в Португалии — 13,2%). В Хорватии — 5%. В Греции — 4,2%. И, наконец, в антилидере — Румыния, где работает лишь 1,7% пенсионеров (при том, что в соседней Болгарии — 16,7%).
Казалось бы, впору накинуться на южан и чехвостить их за страсть к безделью. Но на самом деле, всё, конечно, куда сложнее. Только жаркий климат и южный менталитет не объясняют ничего: сравнительная статистика по Испании Португалии, по Болгарии и Румынии это доказывают неопровержимо.
Чтобы делать анализ, надо иметь в виду ещё целую кучу факторов. А именно:
- насколько легко пенсионеру в данной стране найти официальную работу;
- насколько выгодно работать после выхода на пенсию с точки зрения налогов и правил пенсионной системы;
- насколько велика доля неформальной занятости;
- какую роль играет помощь семьи;
- каково состояние здоровья людей пенсионного возраста.
Все эти обстоятельства очень важны. В той же Испании — чудовищная безработица, работу не имеет каждый четвёртый среди молодёжи, что уж говорить о работе для пожилых. В Румынии — тоже большие проблемы с безработицей, зато всё преотлично с теневой экономикой: её доля — на уровне 29% ВВП, и это один из крупнейших теневых секторов среди стран Европейского союза. Так что румынские пенсионеры наверняка трудятся куда в большей пропорции, чем каждый 59-й, просто их труд не попадает в статистику.
Понимая эти нюансы, и надо воспринимать таблицы Eurostat: как ворох данных, но не как пищу для размышлений.