Главным документом, регулирующим взаимоотношения стран и соискателей убежища, с 1951 года является Конвенция ООН о статусе беженцев. Поэтому следует строго разграничивать понятия просителей убежища и беженцев, поскольку статус последних утверждается Управлением по делам гражданства и миграции, и подразумевает выдачу разрешения на постоянное проживание. В Латвии просьбу иностранного соискателя защиты чаще всего отклоняют (85-90% случаев), так как очень часто подтверждается подозрение в злонамеренном пересечении границы.
 |
Помимо прочего, существует также т.н. «альтернативный статус», который присуждается тем лицам, которые не попадают под конвенцию 1951 года, но получают защиту в соответствии с международными соглашениями ЛР, правовыми актами ЕС и опытом миграционных служб стран-участниц Евросоюза. В этом случае просители убежища получают альтернативный статус и разрешение на временное проживание в стране.
За последние 15 лет альтернативный статус в Латвии присуждался чаще статуса беженца, а это означает, что страна все ещё не знакома с практикой содержания большого числа беженцев.
 |
Судя по данным латвийского МИД, обязательное размещение 250 иностранцев, бегущих от войны и экономического кризиса в африканских странах, не подразумевает моментального присуждения статуса беженцев. То есть утверждения об осеннем приеме беженцев стоит считать некорректными, так как в реальности их стоит называть соискателями убежища, а их дальнейшая судьба (натурализация или временное проживание) останется неизвестной.
Интересным является тот факт, что вплоть до середины августа этого года беженцем в Латвии не был признан ещё ни один человек, тогда как альтернативный статус получили 12 иностранных персон.
На протяжении двух последних лет просителями убежища чаще всего оказывались представители Украины и Вьетнама – 110 и 79 персон соответственно. Среди прочих этнических групп на общем фоне также выделяются представители Грузии, Сирии и Ирака.