 |
Еще в феврале 2026 года иранские рейнджеры отмечали почти невероятное событие - в провинции Северный Хорасан фотоловушка зафиксировала самку азиатского гепарда с пятью детенышами.
Эти кадры стали первым за десятилетие лучиком надежды для вида, чья численность в дикой природе только что поднялась до критических 27 особей. Однако уже через девять дней после этой вспышки жизни небо над Ираном разорвали ракеты США и Израиля, превратив заповедные пустыни в театр боевых действий и поставив самую редкую большую кошку планеты перед угрозой окончательного исчезновения.
Азиатский гепард сегодня — это биологический призрак, сохранившийся лишь на 16 процентах своего прежнего ареала, зажатый в пределах Ирана. История спасения этих животных уже проходила через «потерянные годы» во время революции 1979 года и войны с Ираком, когда охрана природы просто перестала существовать, пишет издание ZME Science.
Новый конфликт 2026 года наложился на уже существующие системные проблемы: санкции, блокирующие закупку техники, и шпионский скандал 2018 года, из-за которого девять ведущих экологов оказались за решеткой. Шина Ансари, глава Департамента окружающей среды Ирана, прямо говорит: «Возможное вымирание самой редкой кошки мира стало символом наших вызовов и ответственности перед природой».
Технически работа ученых в зоне конфликта стала смертельно опасной. Основные заповедные зоны, такие как пустыня Деште-Кевир, граничат с военными объектами, попавшими под удары. Местные природоохранники на условиях анонимности сообщают, что любое движение автомобиля рейнджеров в песках может быть идентифицировано дронами как враждебное, что фактически парализовало мониторинг.
Сара Дюрант из Зоологического общества Лондона отмечает правовую незащищенность специалистов: «В отличие от гуманитарных работников, статус природоохранников на международном уровне официально не признан. Такое признание могло бы стать щитом, который позволил бы им продолжать работу по спасению биоразнообразия».
Война принесла и специфическую информационную изоляцию. Из-за тотальных отключений интернета онлайн-системы слежения за камерами-ловушками не работают, а переход на физическое патрулирование в условиях ракетных обстрелов — это билет в одну сторону. В некоторых отдаленных районах сложилась странная ситуация: там исчезли и рейнджеры, и браконьеры. В короткой перспективе это может дать зверям покой, но без профессионального надзора любая стабильность экосистемы остается иллюзией.
Отдельной трагедией остается «Дорога смерти» между Меями и Себзеваром, где под колесами фур погибает более половины всех гепардов Ирана. В 2023 году здесь погибла беременная самка с тремя зародышами, что стало катастрофическим ударом по генофонду. Сегодня, когда все ресурсы страны идут на оборону, строительство ограждений или подземных переходов для животных окончательно снято с повестки дня. Бюджеты, которые едва покрывали закупку фотоловушек, теперь просто растворились в расходах на войну.
Джамшид Парчизаде, ученый из Мичиганского университета, дает мрачный прогноз на будущее после завершения боевых действий. По его мнению, даже если бомбы перестанут падать, гепарды проиграют войну за бюджет. «Правительству придется тратить каждую копейку на восстановление городов и инфраструктуры. До войны охрана гепардов получала мизерное финансирование, но после войны я сомневаюсь, что на них останется хоть что-то», — отмечает исследователь. Пока человечество выясняет отношения в кабинетах и окопах, последние 27 гепардов Азии остаются наедине с пустыней и измененным климатом, ожидая финального акта своей истории.